Архитектура безопасности в Европе, неопределённость приоритетов США в глобальной политике и позиции стран региона в настоящее время являются одними из ключевых тем международной повестки. Особенно на фоне войны в Украине активно обсуждаются как поддержка со стороны Запада, так и будущая оборонная стратегия Европы.
В связи с актуальностью повестки украинский политолог Алексей Буряченко в интервью EDnews прояснил ряд важных моментов.
— Как вы оцениваете текущий уровень военной и политической поддержки Украине со стороны США не смотря на конфликт с Ираном ? Остановится ли полностью его поддержка?
Смотрите, не секрет, и про это прямо говорит даже президент Соединенных Штатов Америки и члены его команды про то, что сейчас все внимание администрации Соединенных Штатов направлено все-таки на Ближний Восток и все внимание направлено на Иран. Поэтому объективно Украина временно вышла во время горячей фазы на Ближнем Востоке с первого фокуса внимания Соединенных Штатов Америки, но так или иначе все равно переговорный процесс при модернировании американцев продолжается, хотя сейчас и есть определенная пауза, но стороны все равно коммуницируют и напрямую, и через посредников.
Например, через Турцию была коммуникация Украины про необходимую встречу на уровне лидеров, поэтому Соединенные Штаты, я уверен, не будут выходить из этой коммуникации, потому что в электорально-чувствительный год перед промежуточными выборами в США Трампу невыгодно выходить из переговорного процесса, тем самым демонстрируя невозможность выполнить предвыборное обещание по завершению российско-украинской войны.
Но при этом политика нынешней администрации отличается от предыдущей: ранее США напрямую помогали Украине, в том числе оружием, а сейчас вооружение поставляется через европейские механизмы и программы, фактически в формате продажи, а не безвозмездной передачи.
Даже вице-президент США Джей Ди Вэнс подчеркивал, что это принципиальное отличие от политики демократов: ничего не раздается бесплатно, всё продается и приносит прибыль.
С экономической точки зрения США также невыгодно прекращать поставки, поскольку система продаж через европейские каналы работает и приносит выгоду.
Таким образом, нет ни политических, ни экономических причин для сокращения или прекращения поддержки Украины в ближайшее время.
Да, фокус США сейчас частично смещён на Ближний Восток, но украинско-американский трек продолжает развиваться автономно. Уже есть межправительственные соглашения, и это дополнительный фактор, который мотивирует не оставлять Украину в противостоянии с Россией.
Кроме того, Украина остаётся частично зависимой от США — прежде всего в части разведданных, которые используются при применении западных вооружений. Это тоже форма косвенной поддержки.
— «Венгрия при Орбане не поддерживала Украину активно. Теперь при Мадьяре и возможной поддержке в 90 млрд евро можно говорить о полном развороте политики Будапешта?»
Венгрия при Орбане не поддерживала Украину активно, теперь при Мадере и возможной поддержке в 90 млрд евро можно говорить о полном развороте политики Будапешта.
Вопрос многовекторный, потому что Венгрия не является богатым ресурсным государством ЕС, поэтому масштабной помощи от неё и не было — и это связано не только с политикой Орбана.
При этом Венгрия никогда не блокировала экономический транзит Украины и Европы через свою территорию. Как сосед Украины, она оставалась важным логистическим коридором даже в сложных условиях.
В экономическом плане сотрудничество сохранялось достаточно стабильно, несмотря на политические разногласия.
Политически Орбан действительно ориентировался больше на Москву, чем на Брюссель. Сейчас с приходом нового премьера появляется возможность перезапуска отношений Украины и Венгрии.
Есть уже первые позитивные сигналы: обсуждение разблокирования европейского кредита в 90 млрд евро для Украины, а также более конструктивная позиция по европейской интеграции Украины.
Однако говорить о полном развороте пока рано. Новый премьер будет вынужден балансировать между Брюсселем, внутренней политикой и собственными консервативными взглядами.
Венгрия и дальше будет стремиться к гибкой политике — одновременно взаимодействуя с ЕС, Украиной, Россией и США.
Полной зависимости от Москвы, как при Орбане, уже не будет, но и абсолютной лояльности Брюсселю тоже ожидать не стоит.
— «Насколько сегодня в Европе реально обсуждается создание нового оборонного альянса, и какие факторы подталкивают страны к таким идеям?»
Это сложный вопрос, потому что вся архитектура международной безопасности формировалась в рамках послевоенного мира, включая ООН, НАТО и Европейский союз, при активном участии США.
Когда роль США в Европе снизилась, особенно в период администрации Трампа, в Европе усилился кризис безопасности.
Сейчас существует сомнение, что НАТО в текущем виде способно полностью гарантировать защиту от современных угроз, включая Россию и потенциальные террористические риски.
Поэтому в Европе, особенно в странах Балтии и Восточной Европы (Польша и др.), активно обсуждаются новые форматы безопасности.
Речь идёт либо о реформе НАТО с большей европеизацией, либо о создании армии ЕС, либо о гибридной системе безопасности.
Также обсуждается участие Украины, поскольку у неё есть уникальный боевой опыт, которого нет у большинства стран Европы и даже у НАТО.
Украина обладает опытом многолетней войны против России и способна эффективно применять современные военные технологии, особенно в сфере беспилотников и ПВО.
Кроме того, Украина имеет крупную армию и развитый боевой опыт, что делает её важным элементом будущей европейской безопасности.
Обсуждаются даже форматы новых военных союзов с участием Великобритании, Норвегии, Турции и Украины — как более гибких и эффективных структур вне бюрократии ЕС.
Такие «малые альянсы» могут стать основой новой системы европейской безопасности.
Фатима | EDnews
